"Всякий на свой путь, как на иглу, нанизан"

Душа поэта таки не вынесла, и я зацепила ФСТ краешком хвоста, а именно пришла на большой бал по XIX веку ФСТ. Как всегда в недошитом платье, как всегда не зная половину танцев, а на этот раз еще и без кавалера.
О большом бале на ФСТ можно бесконечно рассказывать только в позитивном ключе.
1. Бал делал Фабио, как следствие, привез на него множество танцев, неизвестных у нас, или известных - но в другой вариации. Их можно было выучить на мастерклассах, или, для таких, как я, прямо на балу. Для этого нужна некоторая экспа, конечно же, но моей вот хватило. Танцы все как на подбор веселые, динамичные, некоторые еще и красивые. Надо будет выучить варшявянку :))). Кадрили, контрадансы, вальсы, последние обычно с переменой партнера, что только добавляет фана, правда, если ты танцуешь за даму, а мне не всегда везло.
2. Фабио прекрасный распорядитель бала, и его команды на русском неизменно повышали настроение (просто повышали, не знаю почему). Итальянцы милые, улыбчивые, общительные.
3. Участвуя в ФСТ, чувствуешь какое-то прикосновение не просто к "тайненькому знаньицу"(копирайт

viona, но к международному тайненькому знаньицу, как участник какой-то мировой секты, что ли. Из примерно восьмидесяти человек, бывших в этой зале, только восемь из Питера (может, я конечно кого-то не знаю, но глобального расклада это не меняет). Москва, Воронеж, Новосибирск, Томск, Киев, и, конечно же, итальянцы. Может, и другие иностранцы были, о том я уже не знаю.
4. Все-таки апгрейд идет, лансье уже танцуется с легкостью (ну, это если плюнуть на технику), а французская кадриль и кадриль дам воспринимаются не как ужас-ужас-ужас, а как красивые танцы, которые хорошо бы выучить.

В негативном тоже можно, но это будет негатив чисто субъективный, который никого кроме меня не касается. Так что скажу всего лишь, что платья, сшитые на большой кринолин, нельзя носить на маленьком. В итоге вокруг меня лежало сантиметров десять ткани, которая к концу бала из равномерно бордовой стала равномерно серой, а танцующие со мной делились на три части: те, кто боится наступить мне на хвост, те, кто наступает, и тех, кто делает и то, и то.

Цветник.